Выпуск 7

Как восстановить и обслужить себя инвалиду.

НАМ РАБОТА КАК ВОЗДУХ НУЖНА

Жить в России и не работать - значит обречь себя на одиночество, отчужденность общества. Испокон веков люди в нашей стране селились рядом друг с другом. Более 90 процентов жителей Российской Империи до начала 20 века составляло население деревень. А там, как известно, укрыться от зоркого глаза соседей трудно. Все знали о достатке каждого дома, кто работящий человек, а кто лодырь и бездельник. Отношение общества к последним всегда было осуждающим и даже презрительным. Главным критерием для оценки человека являлся ежедневный, систематический и тяжелый труд. В деревне иначе не проживешь.

Понятно, что инвалиды под этот критерий мало подходили. Тем не менее, атмосфера вокруг них тогда была тоже не теплая. Однако не пустить инвалида на ночлег, не покормить его считалось для селянина не допустимым. Для чего в большинстве изб, где позволяли условия, имелись отдельные топчан и набор посуды, которыми никто не мог пользоваться кроме странников и калек. В то время существовало поверье, что в людях больных, увечных находится частица нечистой силы. И при прикосновении к инвалиду, при пользовании его вещами, посудой она переходит к другим людям. Отказ таким путникам в ночлеге и пище также вел по данному поверью к множеству бед для дома и его хозяев. Как видите, у рядового селянина не было выбора. Он делал свои милосердные поступки больше за страх, чем за совесть. Такая вот своеобразная модель интеграции инвалидов в общество.

В конце 19 - начале 20 веков нарождающийся класс российских капиталистов пытался изменить ситуацию в этой сфере, придать благотворительности больше осмысленности и направленности. В городах стали появляться частные, благоустроенные для тех лет Дома инвалидов, бесплатные больницы и столовые. Желающих людей с ограниченными возможностями обучали простейшим навыкам работы. Ведь бедность населения, словно острый нож для делового человека! Зачем ему что-то производить, продавать, если у него это никто не купит?! Предпринимателям жизненно важно обустраивать пространство вокруг себя! Увы, в России в начале прошлого века завершить такого обустройства им не удалось...

В Советском Союзе, как известно, «инвалидов не было». Хотя эту фразу можно смело употреблять и без кавычек. Существование нашего брата тогда на 10-20 рублей госпособия в месяц трудно назвать жизнью, тем более полноценной. Помню, на свои первые 16 р. пенсии в конце 70-х годов получаемые мной как инвалидом детства 1-ой группы я не смог бы протянуть и недели, если бы жил один. В провинции, в магазинах в ту пору, как помните, ничего не найдешь кроме знаменитых плавленых сырков. А на рынке тех лет в Самаре, тогда в Куйбышеве, килограмм приличной говядины стоил уже около 5 рублей (и чем дальше от Москвы, тем - дороже!). О покупке необходимых лекарств на эти 16 р. я вообще молчу. Так что, жизнь наша чем-то напоминала небытие. Нужно было ходить в собес как на работу, напоминать о себе, о том, ты не полностью ушел в нирвану.

Самых упорных из нас соцслужбы могли «осчастливить» продуктовым набором или путевкой в санаторий. Были, конечно, и такие «везунчики», нашедшие работу, которым разрешалось получать зарплату вместе с пособием не свыше сначала 100, затем 120, а в конце 80-х годов аж 150 рублей! Другими словами, чем больше получка, тем меньше пенсия! Жутко мощный стимул, чтобы мариноваться каким-нибудь гардеробщиком или вообще ничего не делать! Особенно тяжело приходилось инвалидам труда, которые имели неплохую по тем временам пенсию в 70-100 рублей. Однако почти все деньги тратились на лекарства «из-под полы». Искать хорошую работу не было смысла из-за этих ограничений. Некоторым из них, правда, удавалось хитрить, работать за близких или за друзей. Поэтому все поиски инвалидами приработка считались первыми признаками неадекватности и всерьез социальщиками не воспринимались. Иногда в их глазах читалось искреннее непонимание: «И так ему платят! Чего еще желать?» Чаще у них в глазах был виден явный отсвет того дремучего поверья: мол, сидели бы дома, людям не мешали бы. Даже прикоснуться к нам боялись, обходили инвалидов за метр...

В лихие годы Перестройки, когда никто ни за что не мог поручиться, нам наконец-то позволили работать, кому, где повезет устроиться. И грозную трудовую рекомендацию ВТЭКа в начале 90-х полушепотом объявили лишь «рекомендательным документом»! Атмосфера вокруг нас стала постепенно теплеть. Окружающие начали воспринимать на равных! Они увидели, что люди с ограниченными возможностями могут что-то делать, могут быть полезными обществу, а не только просить о помощи! Нам стали предлагать большие проекты, долгосрочные планы! Результат был опять во главе угла, а не физические возможности человека и какие-то затхлые поверья! Для сотрудника, знавшего свое дело хорошо, дальновидный шеф был готов выполнить любые его условия, будь он инвалидом или неинвалидом. Легче и быстрее решались медицинские, бытовые и другие проблемы работников с инвалидностью. Причем часто без привлечения сил госструктур. Зачем что-то просить, когда можешь просто заработать и купить нужное тебе?!

Но беда в том, что эти наработки не были в дальнейшем закреплены законодательно. И как следствие – российские инвалиды так и не получили реального права выбора места работы. Сейчас мы по-прежнему зависим от воли работодателя, от прихоти чиновника, отвечающего за наше трудоустройство. Ребята, окончившие с красными дипломами ВУЗы, вынуждены порой вновь тупо клеить коробочки или «перебирать скрепки», потому что у местных властей «нет иных возможностей» их трудоустроить.

Необходимо сегодня активнее стимулировать подвижников, тех, кто непосредственно сотрудничает с инвалидами. Могли бы помочь здесь предложенные мной в статье «Заложники темноты» («МН»№32 за 2006г. или наMy Webpage). индивидуальные налоговые льготы для помощников людей с ограниченными возможностями: соцработников, медиков, работодателей, коммунальщиков и т.д. Рассчитываться данные льготы должны по Проценту Потери Здоровья (ППЗ) каждого из нас. Тогда организации будут охотнее нанимать инвалидов, работники соцсферы - создавать все условия для нашей полноценной жизни.

Методика расчета данного коэффициента давно известна в цивилизованных странах. (Об этом можно судить по различным международным документам. Интересные примеры использования подобного коэффициента приведены и в международной части Специального доклада Уполномоченного по правам человека в РФ «Права и возможности инвалидов в Российской Федерации» за 2001 год. Например, в США ветераны с ограниченными возможностями получают пособия разной величины, от 101 доллара в месяц при 10%-тной инвалидности до 2100 долл. при 100%-тной инвалидности.). Правда, на Западе он не применяется столь широко, как предлагаю я. Но там нет такого количества острых проблем. И «правила игры» у них заданы давно. Мы же еще в силах что-то изменить, поменять вектор движения, изучив чужие ошибки.

Наше преимущество в изучении чужого опыта с каждым днем тает. Российская система соцзащиты все больше напоминает американскую 50-60-х годов прошлого века со всеми ее недочетами и огрехами. Она была ориентирована в ту пору на элементарное выживание бедных слоев США, на поддержание минимальных социальных стандартов. Повторяя тот же путь, мы обрекаем себя на постоянное отставание в данной области от цивилизованного мира.

Недавние изменения в социальных законах вряд ли ускорят интеграцию российских инвалидов в общество. Целью этих поправок скорее является консервация нынешнего положения вещей в данной группе населения. «Вот, мол, станет страна побогаче, будете есть на золоте, лечится в Швейцарии! – говорят нам большие социальные начальники,- А пока берите, что вам дают.» Стратеги из Минздрава забывают о небольшой, но важной, особенности личности любого человека. Она не способна застыть ни на секунду! Личность может только расти, развиваться или… деградировать! Сколько же средств нам понадобится, чтобы лишь вселить веру в себя в отчаявшихся людей после подобных экспериментов, обогреть их души? И какие потребуются вложения и силы потом, на дальнейшую адаптацию инвалидов в общество?...

Ясно, что чиновники от соцзащиты думают о своем будущем, не решая многие проблемы сейчас, приберегая их на «потом». Они готовят для себя фронт работ на долгие годы вперед! Им, разумеется, легче работать с безынициативными, социально неустроенными людьми, которым буквально нужно ноги передвигать. Да лет через 5 после такого прозябания можно будет требовать под инвалидов дополнительного финансирования на выделение индивидуального соцработника, а то и двух, для каждого из нас. Слышал недавно, к 2010 году число людей с ограниченными возможностями в России возрастет до 20 миллионов! Сейчас по данным Минздрава РФ у нас в стране уже насчитывается около 14,5 миллионов инвалидов! 3 года назад людей с инвалидностью в России было 11 миллионов по сведениям того же ведомства Зурабова. Так ведь и всех наших запасов нефти и алмазов не хватит на субсидирование социальных проблем!

Однако работы для нас с каждым днем становится все меньше. И холодок давнего суеверия нам все чаще доводится ощущать на себе. Судя по принятым летом 2004г. поправкам в Закон «О социальной защите инвалидов в РФ» №181, помощи подвижникам от властей придется ждать еще долго и о нашей скорой интеграции лучше не вспоминать. Теперь мы сможем работать в организациях, штат которых не менее ста человек. Предприятия с меньшей численностью сотрудников, конечно, смогут принимать инвалидов на работу, но льготы на них распространяться за это не будут и затраты на создание рабочих мест для нашего брата уже никак не возместишь. Давно замечено, что адаптация человека с ограниченными возможностями быстрее проходит в маленьком коллективе, чем в большом. Тут и 30 человек, как было в прошлой редакции Закона №181, много, не то, что огромный коллектив со штатом в 100 и более сотрудников! Думаю, немногие инвалиды сознательно пойдут на такие моральные издержки. Скорее всего, средние и крупные предприятия опять начнут принимать на работу «подснежников» списком из ближайшего объединения инвалидов. О праве выбора места работы при этом нам лучше забыть. Говорить же об индивидуальном подходе к работнику с ограниченными возможностями, о его профессиональном росте здесь тем более сложно. У наших работодателей не осталось внятных стимулов для этого.

В последние лет 5-8 наметилась отрадная тенденция: молодые инвалиды поверили в свое будущее, они активно стали поступать в ВУЗы. Ребята трезво оценивают собственные силы, выбирают специальности: юристов, филологов, психологов и т.д., - которые помогут им стать в дальнейшем конкурентоспособными на рынке труда. Специфика данных профессий требует от сотрудника часто брать ответственность на себя, знания всей информации по определенному вопросу, находящемуся у тебя в работе. Что возможно только в небольших фирмах, где каждый работник на счету и от его труда зависит успешность всего предприятия. Коллектив там просто будет вынужден быстро и толково обучить человека с ограниченными возможностями, а не давать ему малозначащие задания. В больших же кампаниях скорее нам уготовано быть в основном на вторых ролях: сортировщиками писем, курьерами и т.п. У инвалида в таком случае меньше шансов заявить о своем потенциале, будь у него хоть три или пять красных дипломов.

Слишком велико расстояние от рядового сотрудника в крупных фирмах до людей, принимающих в ней решения. Слишком много условностей естественных, а больше искусственных, придется преодолеть ему на этом пути. Да и где он найдет такую фирму с численностью сотрудников в 100 человек в деревне или небольшом городке? Вы встречали где-нибудь кроме, разумеется, столицы газеты или адвокатские бюро с подобным штатом?! Не трудно предвидеть в сложившихся условиях заметный отток студентов-инвалидов из ВУЗов в скором времени. Какой смысл им приобретать высшее образование, тратить свои время, здоровье, а часто и родственников, если эти знания никогда не пригодятся?

Не понятно, зачем Законодательство связывает квоты на предоставление рабочих мест для инвалидов с численностью работающих на предприятии? Ведь такой подход не решит множества проблем, а лишь создаст новые: поиск фирмы с необходимым штатом и соответствующим специальности инвалида профилем, его доставка на работу и обратно и т.д. Фирмы с подобным штатом не всегда найдешь около дома, даже в большом городе. Не разумнее ли те же 4% квот для нас выделять из фонда оплаты труда организации, начиная с 1-2 миллионов в год? То есть в фирме со штатом от 10-20 человек и вполне приличной зарплатой у каждого. Одного-то инвалида они смогут обустроить, хоть на полдня! Да если фирме за такого работника еще будет положена льгота по его личному ППЗ!

Тогда успешным предприятиям независимо от числа сотрудников станет выгодно трудоустраивать у себя людей с ограниченными возможностями, обучать нашего брата действительно нужным профессиям. Во второразрядных же фирмах мы мало чему научимся, числись там хоть тысяча человек! Успешные бизнесмены быстрее интегрируют нас в общество. Им это жизненнонеобходимо, как и нам! Для чего нужно убрать все надуманные препоны! Например, изменить Статью 238 Налогового Кодекса РФ, фактически ограничившей годовой доход инвалида по месту работы в сто тысяч рублей. Организация просто лишается налоговых льгот, если зарплата работающего там инвалида превысит эту священную планку в 100 тысяч р. за год. А вдруг он на свою беду изобретет что-то великое или напишет гениальную книгу?! Узнаем ли мы о нем когда-нибудь? Кто его поддержит в самом начале?